У моего трёхлетнего сына есть некоторые лёгкие проблемы с произношением. Я его, конечно, понимаю, но при общении с окружающими взрослыми частенько выступаю в роли переводчика. Из последнего что он выдал:

Сидит на кровати, одевается и кричит мне: «Мама, неси уёбки!» Я послушно тащу из прихожей шлёпки под укоризненным взором бабушки. Моя мама считает, что я слишком часто использую в речи ненормативную лексику. Как на духу признаюсь – да, за рулём я ещё и не то могу сказать, но слово «уёбки» я слышала только в раннем детстве, а теперь вспомнила и с удовольствием пополнила свой запас запретных слов.

К слову «ублюд» у меня уже никаких претензий нет. Точно помню как в пятом классе я прочитала от корки до корки словарь иностранных слов, и теперь понимаю, что ублюдок – это незаконнорожденный отпрыск. А ублюд, это, по всей видимости, такой же, но взрослый. Так что верблюд тоже может быть ублюдом.

А вот с мухой-золотухой мы сейчас активно боремся. Я понимаю, что неровен час и ребёнку придётся стоя на табуретке читать стихи мамам на 8 марта. И если сыну достанется отрывок из «Мухи-цокотухи», позора не избежать.

У меня муж точно кот. Поставила в прихожей лоточек для шапок, шарфов и перчаток, а он каждый день снимает своё и кладёт рядом. Ну не кот ли?

Укладываю ребёнка спать. Он всячески мешает мне и распространяет ауру непослушания и всеобщего хаоса. Готова взорваться, но говорю тихо и строго: «Дима, прекрати немедленно». Мне на это в ответ круглые в темноте и от возмущения глаза: «Иди на войну, животное!».
Компьютерные игры – это зло. Я всегда подозревала.

Приехала вечером домой после работы. Стою около мужа, улыбаюсь ему сладенько, наматываю на пальчик локоны, покачиваю бёдрами в такт романтической мелодии почти из диска «Прелюдии», глазами в сторону кровати повожу. Муж всё понимает правильно, срочно моет посуду, выбрасывает мусор и убирает валяющиеся, потому латентно опасные предметы. Я сим временем укладываю ребёнка спать. Спустя 30 минут и минус один спящий ребёнок, муж склоняется надо мной и гладит по голове. Хорошо помню, как я в тот момент спросонья пыталась рассказать как я устала, какой был тяжёлый день, что мне бы ещё ужин надо приготовить, а потом бросить в стирку вещи. Вслух получилась только финальная фраза: «Иди в жопу!»